Письмо ФНС 04.03.2019 № БС-4-21/3834 - Национальное объединение СРО кадастровых инженеров

Письмо ФНС 04.03.2019 № БС-4-21/3834

Обязанность налогоплательщика определять налоговую базу самостоятельно на основании сведений ЕГРН по своему конституционно-правовому смыслу не может служить основанием для возложения на налогоплательщика, добросовестно осуществившего исчисление и уплату налога на основании сведений ЕГРН, предоставленных ему публичным субъектом, неблагоприятных последствий в виде взыскания недоимки и пени по налогу, связанных с применением данных о кадастровой стоимости, полученных в связи с проведением очередной государственной кадастровой оценки, сведения о которой отсутствовали в названном реестре по состоянию на 1 января соответствующего налогового периода.

ПОСТАНОВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА ОТ 28.02.2019 13П

В целях применения пункта 3 статьи 391 НК РФ

«Налогоплательщики-организации определяют налоговую базу самостоятельно на основании сведений Единого государственного реестра недвижимости о каждом земельном участке, принадлежащем им на праве собственности или праве постоянного (бессрочного) пользования.»

Постановлением администрации Тамбовской области от 11.11.2013 N 1276 была определена кадастровая стоимость земельных участков.

Будучи несогласным с результатами определения кадастровой стоимости, общество обратилось в комиссию по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости, которая решениями от 12.12.2014 N 48 и N 49 изменила кадастровую стоимость.

Вместе с тем постановлением от 28.11.2014 N 1498 Администрация утвердила новые результаты государственной кадастровой оценки земель населенных пунктов, на 1 января 2015 г. Соответственно, указанная кадастровая стоимость подлежала применению для исчисления и уплаты земельного налога с 1 января 2015 г.

Решения комиссии от 12.12.2014 N 48 и N 49, а также постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 были направлены в орган Росреестра для включения содержащихся в них сведений в государственный кадастр недвижимости. При этом, поскольку постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 поступило раньше названных решений комиссии, данные, содержащиеся в этих решениях, как последние поступившие, были зафиксированы в кадастре в качестве достоверных данных для целей исчисления и уплаты налога.

Общество уплатило налог за 2015 год, руководствуясь сведениями, содержащимися в кадастре,.

По результатам камеральной налоговой проверки налоговый орган, исходя из данных о величине кадастровой стоимости, указанных в постановлении Администрации от 28.11.2014 N 1498 и не получивших отражение в кадастре, решением от 14.06.2017 начислил обществу налог за 2015 год от другой кадастровой стоимости.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области и последующими судебными инстанциями, включая Верховный Суд Российской Федерации, налогоплательщику было отказано в признании недействительным решения налогового органа, исходя из того, что постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 вступило в силу 28.12.2014, т.е. позже 16.12.2014 — даты внесения в кадастр сведений о кадастровой стоимости земельных участков на основании решений комиссии. Таким образом, суды пришли к выводу, что уполномоченный орган зафиксировал в кадастре ошибочную кадастровую стоимость, подлежащую применению с 1 января 2015 г., а налогоплательщик не мог руководствоваться кадастровой стоимостью, хотя и внесенной в кадастр на 1 января 2015 г. по решению комиссии, но отличной от кадастровой стоимости, содержащейся в постановлении Администрации от 28.11.2014 N 1498.

В результате рассмотрения дела Конституционный Суд Российской Федерации установил, что пункт 3 статьи 391 НК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может служить основанием для возложения на налогоплательщика-организацию, добросовестно осуществившего исчисление и уплату налога на основании сведений Единого государственного реестра недвижимости (государственного кадастра недвижимости), предоставленных ему публичным субъектом с учетом решения комиссии, определившего кадастровую стоимость земельного участка в размере рыночной, неблагоприятных последствий в виде взыскания недоимки и пени по налогу, связанных с применением данных о кадастровой стоимости, полученных в связи с проведением очередной государственной кадастровой оценки, сведения о которой отсутствовали в названном реестре по состоянию на 1 января соответствующего налогового периода.

Придание оспариваемому законоположению смысла, противоположного выявленному Конституционным Судом Российской Федерации, означало бы предоставление в нарушение требований статей 15 (часть 2), 18, 55 (часть 3) и 57 Конституции Российской Федерации налоговым органам полномочий, позволяющих определять налоговую базу по налогу вопреки императивным положениям налогового законодательства и тем самым неправомерно ограничивать права налогоплательщиков.

http://ki-rf.ru/wp-content/uploads/2019/04/Pismo-FNS-04.03.2019-BS-4-21_3834.doc

http://ki-rf.ru/wp-content/uploads/2019/04/Pismo-FNS-04.03.2019-BS-4-21_3834.pdf

http://ki-rf.ru/wp-content/uploads/2019/04/POSTANOVLENIYa-KONSTITUCIONNOGO-SUDA-OT-28.02.2019-13P.pdf

МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНАЯ НАЛОГОВАЯ СЛУЖБА ПИСЬМО от 4 марта 2019 г. № БС-4-21/3834 ОБ ИСПОЛНЕНИИ ПОСТАНОВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 28.02.2019 N 13-П ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПУНКТА 3 СТАТЬИ 391 НАЛОГОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В целях применения пункта 3 статьи 391 НК РФ«Налогоплательщики-организации определяют налоговую базу самостоятельно на основании сведений Единого государственного реестра недвижимости о каждом земельном участке, принадлежащем им на праве собственности или праве постоянного (бессрочного) пользования.»Постановлением администрации Тамбовской области от 11.11.2013 N 1276 была определена кадастровая стоимость земельных участков.Будучи несогласным с результатами определения кадастровой стоимости, общество обратилось в комиссию по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости, которая решениями от 12.12.2014 N 48 и N 49 изменила кадастровую стоимость.Вместе с тем постановлением от 28.11.2014 N 1498 Администрация утвердила новые результаты государственной кадастровой оценки земель населенных пунктов, на 1 января 2015 г. Соответственно, указанная кадастровая стоимость подлежала применению для исчисления и уплаты земельного налога с 1 января 2015 г.Решения комиссии от 12.12.2014 N 48 и N 49, а также постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 были направлены в орган Росреестра для включения содержащихся в них сведений в государственный кадастр недвижимости. При этом, поскольку постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 поступило раньше названных решений комиссии, данные, содержащиеся в этих решениях, как последние поступившие, были зафиксированы в кадастре в качестве достоверных данных для целей исчисления и уплаты налога.Общество уплатило налог за 2015 год, руководствуясь сведениями, содержащимися в кадастре,.По результатам камеральной налоговой проверки налоговый орган, исходя из данных о величине кадастровой стоимости, указанных в постановлении Администрации от 28.11.2014 N 1498 и не получивших отражение в кадастре, решением от 14.06.2017 начислил обществу налог за 2015 год от другой кадастровой стоимости.Решением Арбитражного суда Тамбовской области и последующими судебными инстанциями, включая Верховный Суд Российской Федерации, налогоплательщику было отказано в признании недействительным решения налогового органа, исходя из того, что постановление Администрации от 28.11.2014 N 1498 вступило в силу 28.12.2014, т.е. позже 16.12.2014 — даты внесения в кадастр сведений о кадастровой стоимости земельных участков на основании решений комиссии. Таким образом, суды пришли к выводу, что уполномоченный орган зафиксировал в кадастре ошибочную кадастровую стоимость, подлежащую применению с 1 января 2015 г., а налогоплательщик не мог руководствоваться кадастровой стоимостью, хотя и внесенной в кадастр на 1 января 2015 г. по решению комиссии, но отличной от кадастровой стоимости, содержащейся в постановлении Администрации от 28.11.2014 N 1498.В результате рассмотрения дела Конституционный Суд Российской Федерации установил, что пункт 3 статьи 391 НК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может служить основанием для возложения на налогоплательщика-организацию, добросовестно осуществившего исчисление и уплату налога на основании сведений Единого государственного реестра недвижимости (государственного кадастра недвижимости), предоставленных ему публичным субъектом с учетом решения комиссии, определившего кадастровую стоимость земельного участка в размере рыночной, неблагоприятных последствий в виде взыскания недоимки и пени по налогу, связанных с применением данных о кадастровой стоимости, полученных в связи с проведением очередной государственной кадастровой оценки, сведения о которой отсутствовали в названном реестре по состоянию на 1 января соответствующего налогового периода.Придание оспариваемому законоположению смысла, противоположного выявленному Конституционным Судом Российской Федерации, означало бы предоставление в нарушение требований статей 15 (часть 2), 18, 55 (часть 3) и 57 Конституции Российской Федерации налоговым органам полномочий, позволяющих определять налоговую базу по налогу вопреки императивным положениям налогового законодательства и тем самым неправомерно ограничивать права налогоплательщиков.http://ki-rf.ru/wp-content/uploads/2019/04/Pismo-FNS-04.03.2019-BS-4-21_3834.doc http://ki-rf.ru/wp-content/uploads/2019/04/Pismo-FNS-04.03.2019-BS-4-21_3834.pdf